BullПыль осела за спиной, ноги горели от перехода, crotchrag’и намокли от пота и трения, хуи терлись внутри, оставляя липкие следы. Rake шагал впереди — рыжий мохок взъерошенный, торс рельефный в пыли, кольца в сосках ловили блики металла, джок низко сидел, хуй болтался тяжёлый, бластер на бедре. Гул ударил раньше вида — низкий, вибрирующий, как будто земля дышала.
Стены выросли из марева — металлолом, ржавчина, оранжево-красные блики. Поток людей втянул группу, тела толкались близко, плечи чиркали, запах пота смешался с горячим железом. Никто не извинялся — локоть в бок Kite’а, бедро в бедро Ash’а, ладонь скользнула по заднице Veer’а. Шаги сбились в ритм толпы, рюкзаки жали спины тяжелее.
— Йо, братаны, не растягивайтесь, — бросил Rake, не оборачиваясь, шаг не сбавил.
Kite хмыкнул, толкнул плечом товарища впереди — тот рыкнул, но не остановился. Над головой мосты из обломков, платформы на столбах, фигуры свисали, ноги болтались. Всё держалось на честном слове — ржавчина сыпалась, металл скрипел под весом.
Рядом хлопнула сделка — рука хлопнула по ладони, пак с пылью перекочевал, хуй в crotchrag’е парня шевельнулся от возбуждения торга. “Две горсти за неделю, сука, иди дальше”. Голос грубый, без паузы, толпа сомкнулась.
Гул Veil Law — синий свет над постом, символы мигнули. Veer щурился, плечо напряглось, но Rake прошёл мимо, не сбавляя. Плевок полетел в пыль у ног — никто не дёрнулся.
Группа замерла у стены — шум накрыл, неон мигал, тела везде. Рюкзаки жали, плечи болели. Rake глянул на всех:
— Расходимся пацаны, дела и все такое. Ashfall не будет ждать. Мы удачно попали на Bodyfall, так что повеселитесь, и заработайте, если сможете.
Kite вскочил, тело скользкое:
— Йо, я в Flesh Den! Братаны, увидимся, – мгновенно влился в потом и его плечи растворились в толпе.
Mud кивнул Ash’у:
— Продадим нашу долю? Бери рюкзак.
Veer шевельнулся:
— В центре много постов veil Law. Не светитесь.
Rake смотрел на Sand’а — прошелся оценивающим взглядом по телу раба без слов. Sand понял, плечи ссутулились.
— Встретимся у маяка в полночь, а ты со мной скинуть товар — бросил Rake, ошейник раба кольнул шею легким электричеством и он поспешил за хозяином.
Bodyfall
Город дёрнулся — ритм сменился, люди повернули к центру, шаги загудели толще. Команды прорвались сквозь гул — короткие, резкие, сигналы пискнули. Ограждения выросли из ниоткуда — ржавые листы, направляющие потоки.
Охрана стояла рыхло, плечи расслаблены, хуи в crotchrag’ах топорщились на молодые тела. Новые парни выгрузились — одинаковые, чистые, усталые глаза, свежи Sandtrace в промежности. Контраст резал — их кожа светлая против городской грязи, тела прямые против сутулых плеч толпы. Контроль охраны рыхлый, хуи топорщились от вида нового доступного наивного мяса. Bodyfall!!
Город устраивал празднество, чтобы заманить новичков Rush-ем, оргиями и весельем. До утра все не будет стихать, а кто-то продержится до полудня, а потом упадет без сил и останется спать в пыли пока его не подберут.
Новичков, не понимающих как все здесь устроено, Veil Law разводил по разным частям города, чтобы они не собирались вместе кучками и как можно скорее вливались в городскую жизнь. Они теряли из вида привычное и сталкивались с новыми расчетливыми парнями, которые хотели их свежи хуи, задницы, рты или тела целиком.
Только что вытолкнутых с острова в шумный город парней, 17-летних, вылупившихся из капсул всего год назад, зазывали в клубы, предлагали ночлег, rush или секс, звали на работу, в рейды, или просто присоединиться непонятно для чего.
Toe стоял в потоке, ноги дрожали от усталости, crotchrag лип к бедрам, хуй тёрся о грубую ткань, он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что наготу нужно прикрывать. Его хуй превставал от творящегося вокруг и его возбуждение мешало шагу. Город давил — тела везде, близко, запах пота душил, неон бил по глазам. Он толкнулся плечом в чужое горячее тело — парень рыкнул, но прошёл мимо, не обернулся.
Масштаб накрывал и сдавливал — мосты над головой скрипели, платформы гудели от шагов, фигуры свисали, хуи ставили пятна сочящимся прекумом на джоки парней и crotchrag-и мужиков. Toe сглотнул, горло сухое, пот стекал по спине, еще больше сбивая ритм. Куда идти? Толпа несла, но он тонул — маленький, лишний, тело жгло от посторонних взглядов.
Он сделал шаг к соседней улице: за углом парень встал раком, другой вошёл сзади — стоны прорвались сквозь гул, сперма брызнула на землю. “Хочешь его отьебать?” Toe отвернулся, хуй встал еще твёрже, стыд жёг щёки, ноги подкосились, но он не понимал, чего он хочет и что ему разрешено. Он один, город бурлит, а он — никто.
Toe куда-то брел, лишь бы двигаться и не останавливаться взглядом ни на ком, синий свет кольнул глаза, знакомые символы мигнули. Парень в форме Veil Law глянул — взгляд цепкий, ладонь легла на плечо, давление тяжёлое.
— Свежий? Sandtrace покажи.
Toe замер, тело сжалось, показал промежность — пискнул скан пробежал свет. Ладонь officer’а задержалась дольше нужного, пальцы надавили на ткань crotchrag’а, сжав промежность, хуй под ней шевельнулся от давления, взгляд Veil Law блеснул похотью — не проверка, а желание потрогать свежий молодняк.
Law officer хмыкнул:
— Free. Не светись зря, пацан. Контракт подпишешь — назад не вернёшься.
Давление ладони усилилось, плевок полетел в пыль у ног Toe. Тело дёрнулось, но он кивнул, шаг отшатнулся. Toe сглотнул, ускорил шаг, он сбегал не оглядываясь.
Уличная ебля – карнавал!
Ночь в Ashfall взорвалась — неон хлестнул по глазам, цвета жгли сетчатку, музыка вгрызлась в уши, гул толпы бил в грудь вибрацией. Улицы кишели телами, балконы трещали под весом сцепившихся парней, платформы скрипели, хуи влетали в дыры на лестницах, стоны рвались сквозь шум. Запах Rush душил — густой, химический, смешанный с потом, спермой и пылью; пот лился рекой по торсам, стекал по венам, сперма брызгала на асфальт, блестела под лампами. Тела мелькали — мохоки в поту, соски с кольцами торчали, crotchrag сдвинуты, хуи в клетках подтекали, яйца болтались. Напряжение росло, праздник хлестал — толпа ревела, Rush жёг ноздри, жара текла в тела, секс хлынул на улицу потоком.
Рабы накачаны rush по полной — глаза стеклянные, сами лезут на хуи, стонут “давай, сука, еби!”, lockcage’и поливают землю прекумом, хуи дергаются в клетках, но кончить не могут, ждут третий пятый хуй в жопу, чтобы хоть как-то разрядиться. Крепкий 27-летний раб на четвереньках — два молодых парня ебут симметрично на вылет хуем в глотку, вторым в розовую разъёбанную, растянутая до предела дырку, клетка болтается синхронно с яйцами, он стонет хрипло, жадно тянется назад, глаза мутные, жаждет больше, пот хлещет по спине, сперма капает из углов рта. За углом свободный парень хватает раба за lockcage, рвёт к стене, впивается поцелуем, суёт дозу Rush в рот — “теперь соси с наслаждением, тварь”, раб опускается и заглатывает с первого толчка, хуй путается вырваться из в клетки, рядом другой свободный глотает сперму а, густая жижа стекает по подбородку.
Toe сидел на каких-то случайных ступенях, чуть в глубине — тело горело, хуй встал колом в crotchrag’е. Все вокруг ебалось и ебало, кто-то давал в жопу, кто-то жадно слизывал сперму из дыры. Плевок в рот пасса, моча на торс — промаркированные жидкостями парни, толпа гудела. Toe дрочил сквозь ткань, рука липкая, стыд жёг лицо, но взгляд не отрывался — маленький, возбуждённый, один.
Rake разрезал толпу — рельефное тело блестело и легко обтекало чужи горячие тела, мохок торчал, кольца в сосках отражали свет. Он присел рядом с Toe, взгляд скользнул по лицу, по руке в crotchrag’е. Плечо потерлось об Тое — теплое, тяжёлое.
— Йо, бро. Потерялся?
Toe замер, рука замерла, хуй пульсировал. Rake прижался ближе. Толпа текла мимо, стоны оглушали, но фокус сузился. Rake схватил парня за шею, погладил, звуки и запах спермы отодвинулись оставив в поле зрения Тое только этого смелого парня и его глаза.
— Не понимаешь, что происходит? Потерялся во всем этом? — дыхание горячее на ухе, рука сжала сильнее.
Toe кивнул, тело само стало отвечать и придвигаться, наивный взгляд метнулся к паху Rake — джок сидел низко, ткань пропиталась потом и предсеменем.
Rake поднял ладонь к затылоку, пальцы грубо погладили, притянули голову в короткий поцелуй:
– Ты хороший мальчик. Всё будет хорошо, нужно только найти хозяина, на которого можно опереться. Понял?
— Да… — выдохнул Toe, голос дрогнул, рука Rake накрывала его хуй.
Вдруг Rake резко надавил на затылок вниз, нос Toe уткнулся в джок — запах мускуса ударил, потный, тяжёлый, смешанный с Rush, вкус ткани солёный на губах. Toe вдохнул глубже, тело задрожало.
— Открывай рот, сука, — рыкнул Rake, отодвинул джок в сторону. Хуй вырвался — толстый, головка блестит от прекума. Вошёл резко в рот, растянул губы, горло сжалось. Ритм рваный, грубый — хуй долбил до упора, стекала по подбородку Toe и обволакивала яца ебущего его парня. Пощёчина хлестнула щеку: — Глубже, щенок, жри весь!
Toe глотал, слёзы потекли, язык тёрся о вены, слюна пузырилась. Rake плюнул в рот поверх хуя — густая, солёная жижа смешалась с прекумом. — Бля, пацан, дыру твоя потом распробую, а рот — уже золото. Соси, сука!
Толпа вокруг стонала громче, кто-то кончил рядом, Rush жёг кожу. Хуй Rake запульсировал, сперма хлынула — горячая, густая, заполнила рот, вытекла по губам. Toe кашлял, но глотал. Он показал язык с остатками семени.
Пощёчина ещё раз — щека вспыхнула. — Молодец, пацан. Так хочешь, чтоб я устроил твою жизнь? Помогу подписать контракт, найду хозяина — и вперёд, жизнь придет сразу в норму.
Город ревел, пик возбуждения прошёл — Rake вернул хуй в джок, кивнул:
— Идём.
Шум затих вдали, тела мелькали реже. Rake шёл уверенно, Toe следом — рот солёный, сперма осела в горле, crotchrag намок. Облегчение растеклось — не один, есть направление.
— Контракт. Защита, еда, Rush. Я веду, ты идёшь. Понял?
Toe кивнул, шаг синхронизировался, тело расслабилось в ритме. Rake глянул — пауза короткая, без слов. Структура ложилась в парня просто и ясно.
Новый раб, старый раб
Зона Veil Law выпирала — холодный свет резал, стены чистые, пустые. Внутри тишина — металл гудел тихо, воздух сухой. Представитель встал — форма серая, взгляд пустой.
— Цель.
Rake кивнул на Toe:
— Lifetime Slavery, этот свежий пацан.
Скан Sandtrace — ладонь легла на промежность Toe, свет пробежал, пискнул. Данные мигнули — free, свежий. Проверка Rake — кивок, чисто.
Перечень — голос ровный: “Утрата свободы передвижения. Постоянный Chainband. Lockcage. Допустимые воздействия — боль, фиксация, химия.”.
Пауза. “Понимаешь, что произойдёт дальше?”
Toe сглотнул, горло сжалось: “Да”.
Фиксация договора: металл ошейника холодил шею, щёлкнуло, импульс ударил. Lockcage замкнулся навечно — тесный, давит на хуй, металл впился. Статус сменился — писк, свет погас.
Представитель власти кивнул:
— Готово, забирай свою собсвтенность.
Выход — шум вернулся, ошейник тёр шею, клетка жала. Rake толкнул плечо — владение.
К полуночи Rake добрался до маяка — пот стекал по спине, хуй расслаблен после отсоса. Sand сидел неподвижно, ребра проступали, Bastion рядом — поправил свой lockcage, металл скрипнул под crotchrag’ом, давление кольнуло яйца.
— Bastion, бро, месяц не виделись, чо как?
Bastion рыкнул, плечи напряглись, пот капнул с виска:
— Мне из города свалить надо. Возьмёшь в пустоши, бро?
Rake сплюнул в пыль, кивнул на Toe:
— Смотри, свежачок. Договор, пиздуй с нами, а то пацаны все в ебле по подворотням торчат, неделю их не отмыть будет от rush’а и спермы.
Rake окинул всю компанию уверенным оценивающим взглядом:
— Двигаем, еще дело закрыть.
Рабов продавали и обменивали круглосуточно. Несмотря на хаос и захватившую весь город еблю.
Sand стоял неподвижно — взгляд вниз, тело сгорблено, lockcage ощутимо давила. Покупатель подошёл — коренастый, взгляд цепкий: “кого из этих щенков продаешь?”
Скан Sandtrace — ладонь на промежности, свет мигнул: износ средний, thrall. Покупатель хмыкнул:
— Сколько за такого? На ферме работу потянет?
Rake кивнул:
— Пол-хода Rush плюс пак пыли. Выгодный.
Торг короткий — пак перекочевал, вчерашняя сперма жгла спину Sand’а как метка. Rake глянул на Sand’а:
— Маршрут завершен. Вернусь, выкуплю, если цена упадёт.
Sand кивнул — пусто, без слов. Передача — два коротких сигнала на ошейнике, покупатель схватил своего нового раба за плечо, потащил. Bastion стоял рядом — взгляд на шею Sand’а, шрам вспыхнул памятью, тело молча напряглось.
Rake сплюнул:
— Идём.
Холод осел — сделка закрыта.
Теперь надо выспаться.
Все трое проснулись в одной комнате — утро, тела тяжёлые от сна, Rake не трогал вчера их, и сейчас уже на ногах, бодрый, мохок взъерошен, джок низко сидит.
— Все пацаны, за товаром и выходим, город будет спать еще неделю, делать здесь больше нечего. И не грустите, выебу вас в дороге, так что получите свое. Хорошо что вас у меня двое, утащим много.
Rake кивнул Bastion’у — тот нагрузил себя без слов. Руки Toe слегка дрожали, его первый тяжелый рюкзак и первый поход в неизвестную пустыню, шагнул ближе, взял груз. Bastion глянул — узнавание скользнуло, без жалости.
Toe шёл на полшага позади, ошейник тёр, клетка жала при шаге, вчерашняя сперма в животе успокаивала. Rake впереди, Bastion сбоку — плечо к плечу, молчаливо.
Пауза — никто не говорил. Иерархия склеивала их коллектив: Rake ведёт, Bastion держит, Toe следует. Готовы.
Шаги эхом, ветер дунул пылью в лицо. Toe оглянулся — огни мигали вдали, гул заглушен ветром. Ошейник потяжелел, клетка давила.
Bastion не смотрел назад — взгляд вперёд, плечи напряглись. Rake проверил бластер:
— Дорога зовёт.
Пыль взметнулась под ногами, город съехал за горизонт. Тишина легла — команда шагала в пустоту.